Оскаровские драмы, против общего мнения, не ходят в особо широкий прокат, разбредаясь в основном по частным видеоколлекциям киноманов средней руки, служат обычными темами для обсуждения на кинофорумах, а также отличаются способностью быть мостиком между традиционным артхаусом и широкими зрительскими кругами завсегдатаев попкорн-залов. Масса узнаваемых лиц в титрах, порой в неожиданных амплуа, привычка говорить не о том, что заявлено в синопсисе, а также тяга начать рифмоваться друг с другом спустя годы. Читайте новый выпуск нашей традиционной рубрики «Пропущенные фильмы», открывающий новый оскаровский сезон.
Интересно писать про фильм, о судьбе которого многое известно. Хорошие сборы, заслуженные номинации на «Оскар» в основных категориях — и справедливая победа Тильды Свинтон. Всё это напоминает сценарный ход самого Гилроя: зритель становится свидетелем важного события, а потом перед ним разворачивается история, приведшая к кульминации. Дальше никаких спойлеров, ибо каждый зритель криминального триллера имеет право на свою долю саспенса и головоломки. Только помните: по правилам после кульминации всегда идёт развязка.
Словом, как написал бы Гилрой, «тремя годами ранее»... Тогда, в 2006, Джордж Клуни сомневался, сниматься ли ему у режиссёра-дебютанта и, к счастью, согласился на роль. Тем временем Гилрой вывел собственную формулу удачного фильма — хороший сценарий плюс Роберт Элсвит в кресле оператора. Скажете, формула не нова? А Гилрой и не записывался в новаторы. Он не устанавливает правила. Его мастерство в том, что он выигрывает, играя по правилам.
Как сценарист, Гилрой знает, что хороший сценарий — это в первую очередь крепко скроенная история, материал, из которого вылеплены полнокровные, живые персонажи. Поэтому в его фильме нет героев, чьи характеры наспех очерчены парой колоритных штрихов; их поведение оправдано внутренней сущностью, а не строгими рамками жанра. Героям позволено быть разными, они могут совершать поступки, не отвечая на вопрос — «на чьей ты стороне». Они раскрываются постепенно: каждый эпизод, диалог, реплика обнаруживают истинные мотивы их поступков, становится ясно, кто же такой на самом деле Майкл Клейтон. Гилрой даёт разгадку зрителям, изящно оставляя тайну героям фильма. А тут ещё Роберт Элсвит с выразительной размытостью ночных огней, с фигурой Клейтона в окне небоскрёба в кажущемся пустым мегаполисе. И прекрасно сыгранный Клуни финал. На чьей бы стороне ни оказались герои фильма, Гилрой — точно на стороне зрителя.
Отдыхая между экранизациями всесоюзного писателя Брауна, режиссер Рон Ховард на месте не сидел — и быстренько сделал кино о том, как телеведущий Дэвид Фрост поссорился с бывшим президентом Ричардом Никсоном. Есть в англо-американском кинематографе старая добрая традиция — снимать кино о как бы злободневных политических проблемах, и, несмотря на почтенный возраст традиции, таких х/ф выходит по нескольку в год. Для подтверждения этого добавлю, что с разницей в несколько месяцев на экраны США выходил «W», про самого любимого президента современности.
И что в результате? Да ничего — партии всего две, вот и думайте, сколько точек зрения может быть. «Фрост/Никсон», вот, снят по заказу демократической партии — герой Уотергейта, падший президент Никсон дает интервью хитро-пронырливому телевизионщику из Австралии. Весь фильм. За кем стоит добро — не разобрать, особенно в актёрской массе Фрэнка Лангеллы, но в конце, конечно, добрый друг штамп расставит всё на свои места. Да и менять исторические факты отец девушки из воды ни капли не собирался — на дворе конец 70-х, мир уже погрузился в диско-кокаиновую лихорадку субботнего вечера. А бывший президент всё думает о мире и процветании, не подозревая, что всё уже.
Вообще, отечественному зрителю, привыкшему, что родные бонзы скорее созданы для программ а-ля «Криминал» и «Их нравы», смотреть «Фрост/Никсон» как-то неуютно. Рон Ховард два с лишним часа гипнотизирует непонятными реалиями, прекрасные даже на вторых ролях актёры гримасничают по-честному, ну, и для любителей демократических ценностей — ещё и справедливость, торжествующая в конце. Вот только весь фильм не даёт покоя одна зудящая мысль — это всё там, далеко, а возможно ли такое кино на родной почве? Но — словами классика — не даёт ответа.
Стивен Далдри, педантичный драматург и нечастый наш гость, в который раз влезает в нечто сложносочинённое и выходит победителем, в отличие от некоторых других британцев, которые в таких ситуациях неуклюже спотыкаются носом и не только, прикрываясь внушительными талантами и грудью Киры Найтли. Проносясь через десятилетия, он щепетильно и украдкой выстраивает настроения, создавая то неуловимое ощущение времён прошедших и настоящих, тёплых романтических воспоминаний и безрадостно-тоскливых реалий.
Его «Чтец» плывёт от плана к плану. Он и вроде о романе тридцатилетней с пятнадцатилетним со всеми вытекающими — косыми взглядами да инфантильными подростковыми улыбками. И вроде о несовершенстве закона, механическом, бесчеловечном и требующем утрирования как личностей, так и их мотивов. Немного обыгрывает жизнь при фашизме тут, а чуть погодя — вовсе подвергает сомнению существование такого понятия как справедливость. Но всё это явно важно для Далдри в меньшей степени, чем для автора первоисточника.
В столкновении фашистского прошлого одной и блудливого — второго рождается завуалированная трагедия о стыдливости, навязанной общественной моралью и не должной существовать вовсе. Здесь кто-то скрывается от безграмотности, кто-то бежит от странного романа, отчего все лгут, нервно курят, закрываются ото всех и шагают в тюрьму. Уинслет жалостливо дрожит и потерянно оглядывается, Кросс рыдает и рвёт волосы, а Файнс делает такое сложное лицо, в котором одновременно отражается сожаление, ностальгия да чувство вины. Пока в один не прекрасный момент, когда станет уже слишком поздно, чей-то стыд не уйдёт, показавшись глупостью, а чьё-то раскаяние никому не будет нужно.
Среди авторского кино существует особый подвид фильмов, в которых автор, его видение, его внутренний мир, его личные эмоции и переживания окончательно вытесняют с экранного пространства все самодвижущиеся картинки, оставляя лишь особым образом преломлённое, художественно оформленное и богато поданное виртуальное пространство идей и образов. Сегодняшний сборник рекомендаций к обязательному просмотру посвящён сверх-авторскому арт-кино во всех его проявлениях.
Незаметным для себя образом т.н. независимое кино из гетто Санденса выбралось на просторы широких экранов, разом показав способность как собрать невероятные деньги в прокате, так и сказать новое слово в кинематографе, на что последние годы не осталось надежд ни в Каннах, ни в Венеции. Искусство предельно простого киноязыка, сочетаемого с жизненностью обыгрываемых ситуаций — инди-муви открывает зрителю глаза на то, что он видел всю жизнь, но так и не увидел. Продолжаем вас знакомить со знаковыми фильмами, которые прошли мимо нас раньше.
Часто бывает, что какой-нибудь фильм проходит мимо нашего внимания, ограничиваясь коллекцией роликов да постером. Иногда они пропадают из графика в последний момент, норовят угодить в излишне узкий прокат, теряются на фоне выходящих одновременно с ними проектов. Иногда про них вспоминаешь уже после выхода на видео, и тогда возникает запоздалая мысль, какой интересный для обсуждения фильм был упущен. Это не обязательно фильмы категории «маст си», хотя и таких, как мы знаем, бывает довольно.
В двух с половиной часовом фильме много, очень много, невероятно много всего. Трёхмерных завлекалок, неведомых зверушек, древ жизни, фантастически (в обоих смыслах) красивых пейзажей, военно-космической техники, любовных похождений, смертельных номеров, боевых действий, философских рассуждений, затяжных погонь, коллективных медитаций, банального и небанального мордобоя, вселенских катастроф, трагически погибших героев, могучих хоралов, коварных планов и, в конце концов, погружений в сумрак со страшной силой.
Комментариев: [375]
Душевность нынче — чуть не единственный способ сделать себе имя, не прибегая к стомиллионным бюджетам: не слушай продюсера, а будь им, заботься о сценарии, а не о постановщиках, мейк лав нот вар. Рецепт этот прост до безобразия, но одновременно чудесным образом недоступен пониманию студий-мейджоров, поэтому так процветают нынче инди-муви всех мастей, включая уже и высокобюджетные постановки, но одновременно в этот зоопарк не лезут носороги «коммерческого кино», позволяя прочим козам вволю резвиться.
Комментариев: [16]
Шон Эллис так увлекается конструированием своих герметичных миров и их документированием на плёнку, что становится не совсем понятно — как он получает под это деньги. В результате получился самый нестрашный хоррор последнего времени — или самая страшная психологическая драма, наверняка тут не скажешь. Второй фильм подряд с одной и той же проблемой уже намекает, а нет ли у Шона Эллиса классической проблемы — очень всё технично и прекрасно, но только вот мессидж теряется в абракадабре.
Осень — время подведения итогов, и итоги для большого кино неутешительны: всё чаще камерные, некоммерческие фильмы не только собирают под своей крышей самых талантливых творцов, но зачастую на два корпуса обходят блокбастеры в классе, раз за разом отодвигая громкие имена из чартов. В сегодняшнем обзоре лучших саундтреков прошедшего сезона лишь у одного фильма бюджет превышает несколько десятков миллионов долларов.
Вывод из всего фильма получается столь же неоднозначным, как и его финал. Да, у нас есть люди, которые любят и умеют снимать криминальное кино, но предпочитают они заниматься другим, потому что в нашем отечестве менты и бандиты уже давно скорее такие «казаки-разбойники», разделили героев примерно поровну и ну гоняться друг за дружкой по колдобинам родной страны. Нет здесь места для высказывания, нет и смысла всему мероприятию. Так хоронить нельзя помиловать? Нет однозначного ответа.
Комментариев: [24]
Зрелище вышло красивым, как Версаль, но однообразным, как мкад. Сюжет начинается, начинается, и всё никак не начнётся. Артур, попав в мир минимутов, не столько действует, сколько пытается выяснить, а чё, собственно, нужно делать? Вот вроде и письмо, оказывается, не минипуты прислали, и бед у них никаких нет. Что случилось? — задается наконец вопросом зритель. А случился финал кино. Действие завершилось, не успев начаться. И лишь в самом-самом конце мелькнет заявленный Урдалак. И всамаделишный поцелуй принцессы. По-взрослому.
Комментариев: [3]
