Много ли мы знали об «Операции «Валькирия», пока Том Круз не ввёл нас в курс дела?.. Так же мало было нам известно о трагедии австралийских «украденных поколений», пока Баз Лурман не поведал о том, как тяжело быть в Австралии полукровкой. И сделал он это не только с «с чувством, с толком, с расстановкой», но и с таким размахом, что, когда полетели японские самолёты, не хватало только мощи вагнеровских аккордов, а так — все элементы драматического эпоса были с лихвой предъявлены зрителю, включая немалый хронометраж, любовь к мужчине, женщине, ребёнку и Родине, фамильное поместье с крепостными аборигенами и просто немереное количество племенного скота.
Как и почему роль в фильме, где так разносторонне представлена тема материнства, не досталась Анжелине Джоли — непонятно. Хотя Николь Кидман детей тоже любит, да и Австралия ей не чужая. Так что пригласив именно Кидман, Лурман принялся плести кинокружева почи по Бальмонту: «Австралийский чeрный лебедь на волне, словно в сказке на картинке, виден мне».
Память человека, непрерывность традиции, память поколений, культурная и личная самоидентификация — вот что интересует База Лурмана больше всего, и форма эпического кенгуру-вестерна как нельзя лучше подходит для визуализации размышлений режиссёра на эти вечные темы. Масштабность постановки в духе старого Голливуда в исполнении Лурмана кажется таким же смыслообразующим ходом, как, скажем, хиты Мадонны и Фредди Меркьюри и ритмично приплясывающий Тулуз Лотрек в «Мулен Руж».
Ведь у Лурмана форма всегда многократно усиливает эмоциональное воздействие истории на зрителя. Вот и проплывают перед нами австралийские просторы, снятые Мэнди Уолкером так, что даже камни в свете закатного солнца кажутся гордыми и прекрасными героями древнего эпоса. Лурман всегда чётко знает, чего хочет добиться от зрителя. И чаще всего ему удаётся достичь цели. В данном случае он хочет, чтобы зритель восхитился красотой Австралии и окунулся в атмосферу сентиментального простодушия прошлого, когда мелодии были простыми и запоминающимися, чувства и напитки — крепкими, кино — великим, а аборигены хранили мудрость предков.
И всё было бы прекрасно, если бы не одна проблема: сегодня нельзя снять «Унесённые ветром 2», как нельзя и повторить оглушительный успех киносаги 1939 года. «Что-то сломалось в музыкальной шкатулке»… Казалось бы, дело нехитрое: пусть давно нет Вивьен Ли и Кларка Гейбла, но есть кумиры новых поколений, не менее талантливые; есть и дальновидные продюсеры-деспоты с наполеоновскими планами, похожие на Дэвида О. Сэлзника, есть режиссёры, которым не занимать ни амбиций, ни таланта. В конце концов, мастера спецэффектов сейчас могут такое сотворить на экране, что, в сравнении с ними, любой волшебник из страны Оз покажется фокусником-аматором.
Но воздух времени иной. Изменились и две главные составляющие кинопроцесса: фильмы и зритель. У кино — слишком богатые традиции, слишком многое с ним уже было в прошлом, чтобы надеяться на что-то подобное в будущем. Кино, а вместе с ним и зрители, уже побывали «за радугой», в своей «стране Оз», и в общем-то не очень стремятся туда вернуться, предпочитая хранить тёплые воспоминания об этих путешествиях, но не совершать их регулярно. Или в крайнем случае — ходить по давно знакомым дорожкам, то есть: хочешь увидеть Скарлетт — смотри «Унесённых ветром», хочешь Мерил Стрип и Редфорда — смотри «Из Африки». Это классика, а всё новое встречается если не враждебно, то с настороженностью — и зрителями, и продюсерами.
Современный зритель привык переживать бурные эмоциональные всплески во время просмотра, но все они сродни шоку, мгновенному электрическому разряду; сегодняшняя публика отвыкла эмоционально проживать историю вместе с героями, отвыкла от того, что страсти могут бушевать на экране долго и в полную силу, ей психологически чужда неторопливость эпического драматизма. Классическим картинам всё прощают, потому что их любят, иногда снисходительно называя слегка устаревшими, но неизменно оставаясь к ним привязанными. В то же время современным фильмам зритель не прощает своей неспособности без скуки и усталости воспринимать написанное широкими мазками эпическое полотно, которое нужно прожить и осмыслить.
И всё-таки у фильма База Лурмана найдутся поклонники. Среди них будут те, кто оценит его педантичное следование законам жанра, обернувшееся сюжетными излишествами и почти китчевыми преувеличениями, которые, однако, могут быть восприняты как некая театральная условность. Вот взбалмошная англичанка с гипертрофированным материнским инстинктом, вот загорелый перегонщик скота, появляющийся в кадре то с обнажённым торсом, а-ля «любовник леди Чаттерлей», то весь в белом и гладко выбритый — этот пионер австралийского буша всегда готов дать бой подлости и несправедливости. Вот мальчик-метис, который, конечно, слегка занудствует за кадром, разглагольствуя о том, что кругом духи и «есть места, куда лучше не ходить», но при этом весьма убедительно разыгрывает почти дословную экранизацию песенки мамонтёнка («Пусть мама услышит, пусть мама придет…»).
Как это часто бывает, игру Николь Кидман оценить однозначно невозможно. В «Австралии» есть сцены, в которых она хороша, убедительна и трогательна, но есть и такие, где она переигрывает, словно не владеющая школой дебютантка (особенно в начале, когда от неё требуются комедийность и эксцентрика). Но ведь она-то владеет актёрским ремеслом, да ещё как! Одним словом — загадка. С Хью Джекманом никаких загадок нет — одна сплошная харизма: он неотразим в образе ковбоя с большим сердцем, накачанными бицепсами и белым пиджаком, припасённым на случай бала.
А вокруг — аборигены, зовущие всех и вся песней, скот, несущийся к пропасти, японцы, бомбящие Австралию, расовая нетерпимость и обаяние бескрайних земель, расцветающих после сезона дождей. И всё это, по замыслу режиссера — поэтический образ Австралии, страны детства База Лурмана, края его «других берегов», земли, бережно хранящей яркие воспоминания юности. Принимаясь за фильм, Лурман наверняка знал, что вторых «Унесённых ветром» не будет никогда, но ему очень хотелось рассказать о той земле, за которую «стоит жить и бороться». Главная же проблема в том, что сейчас не время эпических драм.
Для создания картин этого жанра мало личных воспоминаний и привязанностей, мало искренней любви к Родине. Нужна ещё включённость в эпоху, способность уловить и отобразить дух времени, а у Лурмана это не вполне получилось. Он не воссоздал время и атмосферу, но его намерения были благими. Им двигала любовь, к своей земле, к Австралии. Скарлетт О'Хара уж точно бы поняла его. Поймут ли его зрители? Поймут, если вспомнят, что у них тоже есть свои «другие берега», к которым хочется вернуться. А завтра будет новый день, новые фильмы и новый Баз Лурман.
Юнгвальд-Хилькевич, кажется, забыл одну простую штуку — не всё действие состоит из песен и фехтовальных па. Ну, то есть, между ними герои должны перекинуться хотя бы парой слов. Хотя бы «получи, каналья». Но в фильме нет и этого. При этом актеры борются с бессмысленностью собственных реплик, ну может, пару минут, после чего у них наступает смеховая истерика. «Но почему — нас жизнь не учит нечему», с надрывом поет в начале фильма Боярский. И вправду, почему?
Комментариев: [121]
Распрощайтесь с перестрелками в метро и мрачными улицами, на которые задумчиво смотрит Кейт Бекинсейл в латексе, встречайте бои на мечах и готические крепости с лесами и полями. Помашите ручкой и с самой Кейт — роль отдана загримированной под неё Роне Митре. «Восстание ликанов» переделывает «Другой мир» из фэнтези городского в фэнтези лесное. Наслаждайтесь почти ваннхельсингскими временами, когда вампиры боролись с безмозглыми оборотнями, собирая серебро с напуганной людской знати.
Комментариев: [19]
Герои периодически куда-то проваливаются, падают, несутся. Монстрообразные твари откуда-то выскакивают, выпрыгивают, выбегают. И всё прямо в рожу зрителю, с полным эффектом трёхмерного присутствия. О чем тут еще говорить? О кино? Так его у тут не наблюдается. Есть аттракцион. Так что на аттракцион и идите. Только обязательно в хороший кинотеатр — вне правильного зала всё это превращается в созерцание каруселей со стороны. Разве за этим мы идем в парк аттракционов?
Комментариев: [22]
С одной стороны, Джейсон Вурхис тут не обделен мозгами, раз смог развернуть настоящую партизанскую базу и при этом скрыть ее от глаз посторонних. С другой стороны, как только появляется очередной студент или студентка, мозг у него явно отключается и начинается сплошная мясорубка ради мясорубки, безо всякой фантазии, с отсылками, цитатами и прочим постмодернизмом на радость фанатам и простым смертным во зло. Настоящее Зло никогда не умирает. Что бы под ним ни подразумевалось.
Комментариев: [18]
Ведь главная трагедия героев не в том, что один молодеет, а другая стареет, и не в том, что впервые переплыть Ламанш можно только однажды, а в том, что всё когда-нибудь заканчивается, все мы умираем, и знаем об этом. И самые драматичные кадры «Загадочной истории» — постаревшая Дэйзи, ведущая за руку едва не разучившегося ходить Бенджамина. Ураган XXI века плох тем, что его воды неминуемо остановят часы века прошлого, а так хочется, чтобы они шли вечно.
Комментариев: [68]
Американские глушь и захолустье, по мнению датчанина Джонаса Элмера — это полы без подогрева и ужасная необходимость вручную растапливать камин. А ветер, снег и мороз — уже не просто погодные условия, а сверхдраматические обстоятельства, которые нужно преодолевать. Думаю, наш зритель отнесётся к таким тяготам провинциальной жизни со снисходительной улыбкой. Воистину: что для американца тяжкое испытание скаута-отличника, то для нашего человека — зимняя сказка и чудеса благоустроенности.
Комментариев: [4]
К началу февраля отечественный прокат подошёл с чётким ощущением, что чего-то не хватает, вроде и фильмы выходят, а всё не то. Оскаровские драмы и различные комедии составляют основу февральского проката, также не забыта и отечественная кинопродукция самого разного генезиса. Февральские выходные в этом году остались без военизированной тематики, отдав прокат конца недели на откуп семейному покату.
История приведения в действие операции «Валькирия» на экране достаточно подробна, чтобы ею заинтересоваться плотнее, и достаточно поверхностна, чтобы не погрязать в датах, местах, чинах и званиях. Сам же злополучный взрыв в меру бардачен, в меру безнадёжен и в должной степени трагичен. Зритель, выходя из зала, нет-нет да и подумает, у них могло получиться. И это бы означало многое в том числе и для нас: минус целый год войны — это миллионы жизней советских солдат.
Комментариев: [43]
Джонни Фунт рассуждает о жизни на примере пачки сигарет, играя печальную тему на фортепиано, параллельно чему Омович повторяет сакраментальное «Времена меняются». Джонни Фунт в наркотическом приходе корчится на полу погруженной в полумрак комнаты. И, наконец, вот он же, после мрачного существования вернувшийся к жизни. Тут-то и становится понятно, кто действительно скрывается за рок-н-рольщиком и за названием вообще. «Теперь я буду играть настоящий рок-н-ролл», — говорит нам Ритчи и улыбается.
Комментариев: [37]
Эми Адамс сыграет главную роль в экранизации романа 2010 года «Объект красоты» , принадлежащего перу известного голливудского актёра-комика Стива Мартина. Героиня романа...
