Долгое время до недавних пор каждый выходящий в мало-мальский прокат новый российский фильм был поводом поговорить о горькой судьбе отечественного кино последних лет. Мол, нет ему места на рынке кинопроката, выросшем в новых условиях на голливудской кинопродукции, да и самого нашего кино, тоже, в общем-то, нет, а единичные случаи попыток даже где-то широкого проката, такие как «О любви» и «Всадник по имени смерть» — получались крайне неубедительными.
Лишь совсем недавно ситуация явно начала меняться. Первым существенным возражением этой упаднической тенденции стал ММКФ-2004, продемонстрировавший, что в России снимают не так мало, как казалось, хоть и малобюджетных, но по-настоящему ценных картин. Беда лишь в том, что только единицы доходят до неширокого проката, остальные же зритель может увидеть разве где-нибудь на фестивале, и то если повезёт. Вторым важнейшим шагом на пути к возрождению процесса отечественного кинопроизводства стала пиар-кампания вокруг «Ночного дозора», которая создала наконец первый прецедент реализации полноценного механизма проката российского кино в современных условиях.
На волне поддержания неожиданно возросшего зрительского интереса к российскому кино на экраны вышел завоевавший все возможные награды на последнем Кинотавре «Водитель для Веры». Хотя фильм не пытается повторить успех «Ночного дозора», но на хороший зрительский интерес он явно рассчитан, продюсеры ожидают, что картина соберет в прокате не менее двух миллионов долларов, до «Ночного дозора» это была рекордная сумма сборов для отечественных фильмов. Кроме того, две российских картины к ряду в настоящем широком прокате можно уже считать тенденцией — начало не только положено, но и как будто бы продолжено.
Мало-помалу отечественное кино начинает выходить из вынужденного подполья. И вот теперь, когда рельсы для выезда на широкую публику проложены, и на отсутствие механизмов уже не попеняешь, ему придется, хочешь не хочешь, а приспосабливаться к новым условиями и думать, чем привлечь современного зрителя. А тем, кто считает, что вкус у массовой аудитории испорчен Голливудом — придётся искать пути для его воспитания. Словом, хочется верить, что для нашего кино наступили новые времена, и работы отечественным режиссёрам, пожалуй, прибавилось, но тут за них можно только порадоваться.
Новая картина Павла Чухрая невольно становится примером кино переходного периода — того, что ностальгирует ещё по старым временам, но уже пытается готовиться к новым, наступающим одновременно с выходом фильма на экран. Теперь, когда в России есть своё коммерческое кино, у режиссёров появляется более плотный контакт с аудиторией, больше возможностей ориентироваться на современного зрителя, больше шансов снимать не просто хорошее, но и успешное кино. На этом фоне особенно остро чувствуется, что именно контакта со зрителем, привычки бороться за него не хватало нашим фильмам последних лет, чтобы собрать существенную хотя бы для своей ниши аудиторию.
«Водитель для Веры» — жизненная драма начала шестидесятых. В кадре — влиятельный генерал, под которого неожиданно начинают серьёзно копать «органы»; его дочь, красивая, но хромая, выросшая без матери, нервная, агрессивная, загнанная в угол своим одиночеством; молодой сержант, бывший детдомовец, со своей душещипательной историей — новый водитель генерала, которого отец, переживающий за дочь, нанял не без мысли устроить её горемычную судьбу; молодая горничная, положившая глаз на смазливого и мужественного сержантика; адъютант, плетущий интриги против своего генерала. Полноценный набор для создания любого рода драматических ситуаций — тут вам и любовный треугольник, и сложные судьбы, и подлые интриги, и известные исторические реалии.
Всем эти инструментарием умело и профессионально пользуется Павел Чухрай. Кино получается богатое и многослойное, очень разноплановое. Каждой из рассказанных историй — и Веры, и генерала, и Виктора — по важности темы и по охвату хватило бы на отдельный фильм, у Чухрая они гармонично сосуществуют и обогащают друг друга в конструируемом на экране мире. Состав персонажей и тех, кто их играет, Чухрай выбирает очень филигранно — ни одной необязательной фигуры, ни одной невыразительной роли, ни одного случайного лица. При очень замкнутом круге персонажей Чухраю удается построить очень широкий мир, вовсе не камерную историю, а полноценное отражение некоего куска реальности, как личной для его героев, так и общенародной исторической.
Как зрелищу картине добавляет плюсов, пусть не блистающая новизной, но тщательно выверенная эстетика — сверкающий ЗИМ, символизирующий собой некое светлое и благополучное будущее, пляшущие на его боках под оптимистический мотивчик солнечные зайчики, красивые общие планы, игра с цветностью картинки, постоянно повторяющийся кадр — внимательные глаза водителя в зеркале заднего вида.
Набор исходных данных для построения сюжета у драмы не слишком велик — та или иная комбинация всего уже пройденного. А за душу хорошая драма берет, как правило, какой-то особой пронзительностью, достигаемой разными средствами — то просто актёрской игрой, то некими контрастами режиссёрских ходов, остротой ситуаций. Чухрай пошёл по несколько иному пути. Он снял с одной стороны драму, которая, несомненно, трогает, и что важно, заставляет сопереживать без дешевой слезливости и сентиментальности. С другой стороны — видно, что режиссёр не пытается всеми средствами бередить зрительские души, лишь бы заставить их застонать, его целью скорее является чуть более отстраненное размышление о внутреннем мире, природе и мотивах поступков его героев.
Собственно, образы Веры и её отца жизненны и глубоки, но законченны, они вызывают понимание и сочувствие, но не поднимают вопросов. Алёна Бабенко и Богдан Ступка великолепно справились каждый со своей ролью — их герои получились настоящими и живыми. Замечательно исполнил непростую роль подлеца-адъютанта, в котором, несмотря ни на что, постоянно ощущается некий остаток человечности, и Андрей Панин. А открытым характером, темой для исследования становится в первую очередь Виктор, которого сыграл Игорь Петренко.
Режиссёра «Водителя для Веры», похоже, давно пора признать главным специалистом по обаятельным образам на нашем экране — стоит вспомнить только глаза мальчика из «Вора», предыдущего фильма Чухрая. Игорь Петренко в последней картине тоже выступает таким нарочитым душкой-обаяшкой, каким в кадре можно только ходить туда-сюда, поворачиваться разными боками, смотреть красивыми глазами и больше ничего не делать — симпатии зрителя и так будут завоеваны. Его уже успели окрестить российским Томом Крузом — и не только за обаяние, но в силу заметного внешнего сходства.
И этот самый гипнотизирующий зрителя очаровашка-Виктор, которому аудитория с ходу верит безоглядно и ждет от него поступков, достойных сложившегося образа, по замыслу должен являть собой характер, совсем не однозначный и вовсе не обязательно мужественный и красивый. Кто таков этот Виктор зрителю и приходится осознавать в течение фильма.
Однако тут возникают некоторые сложности. То ли аудитория, покоренная образом, не хочет верить в не слишком достойные поступки полюбившегося персонажа, не понимает их, ждёт, когда же герой одумается и всё исправит, то ли актёр плохо справляется с ролью, недостаточно глубоко изображает мотивацию поступков своего героя, то ли это сценарная недоработка — но в образе Виктора вместо присутствия противоречивости, отсутствует цельность.
То он похож на настоящего мужчину, способного быть опорой и защитой, то проявляет какие-то совсем уж то ли слабовольные, то ли пофигистические качества (и те, и другие кажутся неубедительными), местами даже не пытаясь решить ситуацию, а совершая лишь робкие попытки её избежать. То он влюблен в Веру (похоже, что искренне), то вдруг вступает в неожиданную связь с добивающейся его служанкой (без видимых к тому посылов, скорее противореча тому образу, который рисуется по другим поступкам). То он со слезами на глазах вспоминает своё детство, давно умерших мать и любимую маленькую сестру, то клянется именем матери, чтобы выдать вранье за искреннюю правду. Словом, зрителю хочется верить в душевную красоту героя, а всё, что не вписывается в этот образ, не меняет отношения к нему аудитории, а вызывает у неё лишь некое недоумение.
Но как прощает зритель непонятные поступки любимому герою, так прощает нечеткий образ этого героя и фильму в целом. Ведь в остальном картина получилась трогающая, яркая, увлекающая, символичная, близкая к притче. Зритель готов идти на такое кино, и уже учится на него реагировать. Режиссёр и зрительный зал уже протянули друг другу руки, скоро они как следует их пожмут, и тогда наступит новая эра отечественного кинематографа.
«Дурное воспитание» — это сюжетный вызов, облечённый в спокойную форму, тема, которую сложно простить, будь ты хоть стократ всемирно известный мастер. Альмодовар который раз преподнёс нам урок вкуса, не пользуясь подпоркой в виде надписи «основано на реальных событиях», он сыграл свою игру, а выводы делать уже зрителю. Нужно только дать ему повод задуматься. О своём собственно дурном воспитании
Выход на экран нового фильма творческого дуэта Карена Шахназарова и Александра Бородянского о русском терроре начала XX века не есть дань актуальности, не есть попытка погони за горячей темой, не есть пафосно-патриотический жест. В этой картине режиссёр, как творец, как инженер человеческих душ, не делает упор на сводки кровавых жертв и ужасы последствий террористических актов, а пытается проникнуть в душу человека, ставшего на путь террора
Голливудская комсомолка-спортсменка-красавица никогда не играет роли, способные заметно на зрителя повлиять, задеть настолько, чтобы из зала он вышел потрясенный — её героини рассчитаны на некоторое сопереживание, но строго дозированное, в самый раз, чтобы немного развлечь, но не дай бог, оставить в душе какую-нибудь царапину. Продюсеры и режиссёры, работающие в этом жанре зрительские души тщательно берегут и не травмируют. Получается добротное домашнее видео для добропорядочных граждан
По сути — фильм ничего нового в деле развития детективного жанра, равно как теории маньяковедения и блокбастеростроения не делает, режиссёр Ренни Харлин нынче так и вовсе очень занят в производстве нового «Бэтмэна», а потому совершать немыслимые шаги и огромные скачки не слишком старается, однако стоит заметить, что продукт его на выходе преизрядно развлекателен и совершенно не находит в себе поводов пораздражаться или поругать. Крепкое кино, сделанное по всем канонам современного состояния жанра
Зал дружно хохочет в течение всего фильма — и над незамутненной писательницей Бобби Марковец, то увенчивающей себя развесистыми оленьими рогами, то получающей совет «найми себе домохозяйку без комплексов», и над пребывающей в состоянии нервного стресса взъерошенной и отмороженной Джоанной Эберхард (Николь Кидман), ещё вчера телезвездой, с особым цинизмом на людской слабости строившей свои успешные телешоу, и над другими участниками этой очень жизненной, несмотря на свою явственную театральность, постановки
Где ваш террор, где вырезание зла под корень, я вас спрашиваю! И только эхо было ему ответом. Нет, всех плохих в конце замочат, а друзья даже останутся живы и верны, машин будет взорвано — море, тлен и разорение пойдёт по теневому миру от руки его. И зажигалова в лучших традициях дрыгоножества и рукомашества вроде будет немало, и даже очень неплохие (ну, в таком смысле) моменты попадаются по ходу действа. Но вот же какая незадача, всё равно — слабовато, один пень слабовато. Хотя б начало бодрое...
Семейное кино во всей красе. Шаг за шагом родная дочь, родной отец и другие добрые люди приводят к истине гоняющегося за призрачным счастьем Бена Аффлека в роли Оливера Тринки, в котором многие из нас должны узнать себя. Но важно не просто прийти к ней — важно еще и успеть вовремя. Оливер Тринки бросает свои призрачные мечты, мчится со всех ног — и успевает. Только что он чуть не сделал несчастными троих людей разом. Но успел в последний момент. Все счастливы, занавес, аплодисменты
Основные же возражения создателям фильма приходит в голову предъявлять только в пункте сценария. Весь фильм на экране происходит невесть что. Объяснения, перемигивания, переглядывания, одни типы бегут за другими типами, какие-то чипы, какие-то прослушки. Корабль взрываем — корабль не взрываем, подлючее начальство, честные оперативники, бессовестные наёмники, швейцарские паспорта, прислуживающие разведке посольские работники. Классика маразма в стиле «ТАСС уполномочен заявить»
С первого нашего обзора лучших саундтреков в прокат вышло множество исторических и фантастических блокбастеров, а также просто хороших фильмов, и большая их часть обладала достойным музыкальным сопровождением, чем добивалась ещё большей любви зрителя. И вот, спустя некоторое время на прилавках магазинов, торгующих аудиовизуальной продукцией стали один за другим появляться CD и кассеты со свежим релизом очередного могучего саундтрека. Редакция КиноКадра, представляет вашему вниманию второй выпуск нашего обзора
