Интерес публики к проекту «Первого канала», который принял к производству экранизацию романа «Ночной Дозор» мастера современной отечественной фантастики Сергея Лукьяненко, с самого начала показался мне чем-то большим, чем просто любопытством по отношению к новой грани творчества любимого многими писателя. В конце концов, в списке популярных фантастов наберётся немало других достойных имён. Внимание СМИ и тематических сайтов тоже можно было бы отнести к обычной гонке за сенсационностью — проект намечается грандиозный по масштабу и деньгам. А разговоры в среде коллег по цеху — смешанным чувством гордости за жанр и белой зависти по отношению к успеху другого. Всё это правда и неправда.
Любая новость о затянувшемся кинопроизводстве экранизации действительно встречается публикой на ура, с нетерпеливым прискоком и встречными вопросами — ну когда же, когда! Скоро, отвечают общественности продюсеры «Первого», режиссёр, сам Сергей Лукьяненко. Появлялись какие-то первые крошечные ролики, фотографии со съёмок, ползли смутные слухи о могучих, небывалых спецэффектах, о голливудском размахе. И эти слухи впитываются масс-медиа как вода в раскалённый песок.
Интерес этот имеет смысл. В советском прошлом фантастические экранизации — сплошь входили в иконостас отечественного кино, становясь культовыми. Разгул современной машины Голливуда тоже во многом держится на кинофантастике. На фоне любимой песни последних лет — разговоров о расцвете российского кинематографа кому не приходила в голову мысль — а почему наши не экранизируют? Вспомним никак не завершающееся производство фильма по мотивам романа Стругацких «Трудно быть богом», и ещё раз спросим себя: чего мы ждём от этого жанра вообще, здесь, сейчас?
Правильно. Ждём мы успеха — оглушительного, режиссуры — гениальной, и чтобы близко к тексту, и чтобы с шикарным актёрским составом, и чтобы доказать раз и навсегда — снимать фантастику даже в России выгодно, невероятно выгодно. Потому что вырастут тиражи, потому что тут же пойдут новые экранизации, пока только в коммерчески выгодном нынче жанре телевизионного минисериала, а потом, глядишь, найдутся бюджеты и для «большого» кино, решая попутно и его главную проблему — прокатную историю, которой без лютого, до зубовного скрежета, зрительского ажиотажа не сообразишь, не сыщешь. Последнее, как видно, уже присутствует. Нужно приложить остальное.
И продюсеры приложили, откладывая и откладывая релиз «Ночного Дозора», перелопачивая сценарий, распространяя слухи и делая правильные лица. Потому что права на ошибку у них в таком раскладе попросту нет.
Стоит ли уточнять, что поприсутствовать на промо-показе «Ночного Дозора» было для редакции КиноКадра неоценимой возможностью, мимо которой пройти — непростительный промах. Итак — на проходящей в Подмосковье литературной конференции «РосКон-2004», посвящённой фантастике, по договорённости с «Первым каналом» состоялась демонстрация рабочего варианта первой части киноверсии сериала «Ночной Дозор». По книге это соответствует событиям «Истории первой», примерно первая треть романа.
Сразу скажу, что это вообще невероятно — «рабочие», недосмонтированные версии фильма вообще редко покидают пределы монтажного стола, большое спасибо ответственным лицам за сделанное для нас исключение. На «РосКоне» была продемонстрирована тщательно поименованная поперёк экрана видео-копия фильма с не до конца смонтированными титрами, пропадающим звуком и «не всеми спецэффектами». В короткой речи, предваряющей просмотр, собравшимся было замечено, что если в процессе просмотра вдруг «герой заговорит не своим голосом, то знайте, что это звукорежиссёр говорит за актёра», а фирменный лукьяненковский «сумрак» вообще «будет монтироваться в марте в Лос-Анжелесе», тем более что оригинальный саундтрек к фильму уже написан, но не смонтирован, так что не удивляйтесь, если услышите знакомую мелодию — она там так, для демонстрации. Смех в зале был согласным и вполне радушным, на просмотр собрались профессионалы своего дела, и отсутствующие детали зрелища вполне дополнит воображение, тем более что более благожелательный и внимательный зал себе представить сложно. Итак, сеанс начался.
Господа фэны, не спешите пролистывать абзац, это сценарий фильма, а не пересказ сюжета книги, именно вы тут можете вычитать для себя много забавного
Мир наводнён существами, чуждыми миру людей. Это Иные, пьющие из него свою силу. Они могут входить в сумрак и совершать всё то, что человечество именует магией, они бывают Тёмными и Светлыми. Тысячу лет назад (sic!) великие армии Света и Тьмы встретились на мосту, вступив в грандиозную битву, и силы были равны, и дабы предупредить всеобщую гибель двух армий, на тысячу лет был создан Договор, равно как выдано на-гора некоторое количество смутных пророчеств. И вот, в наши дни в Москве живут предводители тех двух армий — Гесер (Владимир Меньшов) и Завулон (Виктор Вержбицкий), под их руководством функционируют Дозоры: Ночной, дабы следить за Тёмными Иными, и Дневной, дабы следить за Светлыми. В Ночном несёт службу недавно переведённый на оперативную работу Светлый маг Антон Городецкий (Константин Хабенский), у него проблемы с прошлым (до инициации он по неведению чуть не убил своего не родившегося сына, воспользовавшись «услугами» ведьмы), на его лестничной площадке живёт вампир Костя (Алексей Чадов), а ещё Антон категорически не согласен с Договором, но продолжает работать в Дозоре.
Поскольку это всё предыстория, забавная разве что несколько неканонически расставленными акцентами, господа киноманы могли их читать безо всякого ущерба для качества будущего просмотра. А вот далее последует один-единственный, но жутко противный спойлер, нелюбителям которых советую перейти к следующему абзацу. Правда, в фильме, как и в книге, повествование рассказывает нам историю охоты за распоясавшимися вампирами, о встрече Антона Городецкого со Светланой (Мария Порошина), о его размолвке с Костей, о появлении совы-Ольги (Галина Тюнина), о самопроклятии Светланы, из-за которого в Москве начинается невесть что, взрывается ТЭЦ и едва не падает самолёт с пассажирами. А где же мальчик, спросит дотошный ценитель творчества Сергея Лукьяненко? Правильно, есть в фильме и мальчик Егор, оказывающийся отчего-то тем самым чуть не убиенным во утробе сыном Антона Городецкого. Лихо? Лихо, чего и говорить, особенно учитывая, что всё ведёт к тому, что именно Егор должен оказаться легендарным Иным невероятной силы, который склонит чашу весов на сторону одной из Сил. Закончился же фильм, как и положено по книжке, переходом Егора на сторону Тьмы. Бурные аплодисменты, свет в зале загорается под зажигательный рэп.
Если резюмировать впечатление от просмотренного — невероятно странные сценарные акценты, причём не очень понятно, зачем они. На канву сюжета они всё-таки почти не влияют, но сознательно привносятся, видимо, со стороны продюсеров, что также подтверждает информация о том, что изначально сериал даже называться должен был несколько иначе, и фактология была бы смещена значительно сильнее. Плюс, как сказал сам Сергей Лукьяненко, он уже давно не так плотно занимается сценарием, и «если завтра окажется, что Антон стал Тёмным магом, не удивляйтесь».
Вторым пунктом идёт выбор актёров. Если Константин Хабенский в роли Антона вполне уместен, а «блестящая» Жанна Фриске в роли Алисы — тоже вполне себе, да и Завулон-Вержбицкий хорош, напоминая эдакого тёмного ликом, постаревшего Стинга в роли Фейд-Раусса Харконнена, плюс большая часть актёров второго плана не вызывает недоумения. Недоумение вызывает Владимир Меньшов в роли Гесера. Возможно, это придирки или личное неприятие конкретного исполнителя, но… но. Меньшов последние годы активно светится по сериалам и играет там всё больше привычные роли бюрократов разного пошиба. Вот хоть убейте, Гесер у него таким и вышел. Дядя с невыразительным лицом, не умеющий нормально руководить, суетливый, любитель орать бестолку в авральных ситуациях, да и вся его «контора» под немудрящим лейблом «горсвет» так напоминает обычный ЖЭК со всеми его пост-совковыми безобразиями, что прямо уж и не знаю, что сказать. Самое главное — а зачем? Зачем режиссёру Тимуру Бекмамбетову это понадобилось, если это конечно не тривиальный не замеченный вовремя прокол. Непонятно. Завулон, кстати, тоже железной волей не отличается, хотя вышел он, в общем-то, гораздо лучше. Самое смешное, что надеяться на пересъёмки материала уже не приходится, поезд давно ушёл, но надеяться, что в следующих частях ситуация изменится — весьма бы хотелось.
Из остального актёрского состава довольно неплох вампир Костя. Вампирша, которую ловили по сюжету, то ли ещё недостаточно доцифрована, то ли просто сознательно осталась таким немножко «полупрозрачным изобретателем». Светлана же вышла несколько наигранным ботаником в юбке и очках, хотя подана она не без юмора, особенно в эпизодах с инкубом-Игнатом (Гоша Куценко), почти нет возражений и по поводу Ольги, её персонаж получился в меру брутальным, в меру романтичным. Осталось сказать только о мальчике. Мальчик был. И был хорош: у нас стремительно учатся снимать детей, не привлекая для их озвучки «старых тётенек». Только вот показать как следует его страх, его неуверенность в реальности происходящего, показать переворачивающийся на глазах мир — увы, не получилось. Обидно.
Ну и напоследок расскажу за спецэффекты. Потому что вот уж что хорошо, то хорошо! Когда создатели фильма рассказывали про революционный бюджет и мировой уровень, они были чертовски правы. Без милых зрительскому сердцу красивостей фантастика сейчас непредставима. Правда, как уже говорилось, коронный «сумрак» увидеть пока не удалось, но остальное, даже недомонтированное, впечатляло, вызывая у аудитории восторг. Один только фокус с сальто, которое сделал горсветовский патрульный грузовик, это уже нечто. Превращение Ольги из совы, сцена с ведьмой в начале, битва армий Тьмы и Света, борьба Антона с вампиром (того играет Илья Лагутенко), вообще вся картинка со спецэфическим рваным монтажём — ценитель мощного видеоряда найдёт её ничуть не хуже голливудских стандартов.
Вообще же фильм, несомненно, производит впечатление хоть и несколько перенасыщенного продакт-плейсментом (смех в зале на каждый крупно поданный логотип был гарантирован), но достаточно крепко сбитого зрелища, цепляющего и интересного. Учитывая ещё предстоящий производителям комплекс работ, к моменту выхода (навскидку — не ранее апреля) сериал должен стать настоящей конфеткой. Все шансы на то, что проект выйдет успешным как с коммерческой, так и с художественной точки зрения (последнее — с указанными выше оговорками).
Планы пустого, вымершего Лондона сменяются интернациональными супермаркетами, дурная кровища, что хлещет из нашего брата-мутанта как пиво из бочки под жуткие крики «долби-дижитала», сменяются тягучей тишиной со скрипами и стонами. Нас тут не пытаются напугать, персонажи не совершают безумных и бессмысленных квестов со смертельным исходом, их просто несёт по пустой и страшной Англии навстречу радиоголосам. И всё это — под звуки привычно сочного, прячущегося за каждой дверью саундтрека
Хотя, ведь и правда — Питер Джексон с присущей ему элегантностью умудряется в одной сцене совмещать самые сильные и самые слабые моменты «Возвращения Короля». Назгул, атакующий Минас-Тирит подобно штурмовику второй мировой — сильно, на грани истерики. Тот же назгул, тривиально порхающий над крепостью с целью посбрасывать парочку её защитников со стен — глупо. Но вот воздушный бой орлов с назгулами — просто шедевр без малейшей степени натяжки
Накануне мировой премьеры Питер Джексон отмечал, что третья часть им была специально выполнена в более эмоциональной манере, чтобы показать, что его фильм — это не только сборище компьютерных монстров, что это фильм о людях и только о людях. В российской аудитории сразу же возникли опасения — тонкая психология от американского мэтра блокбастеростроения? А может быть не надо? Но по факту — недоверчивые личности с повышенными требованиями могут вздохнуть облегченно — Питер Джексон всё сделал правильно!
В цепкие руки редакции КиноКадра попало сразу несколько работ в давно и прочно полюбившемся народу жанре саундтрека, или музыки к фильму или из фильма. Будучи в неизбежном восторге от прослушанного, спешим представить наш обзор: Говард Шор с его эпической музыкой к «Возвращению Короля», Дон Дэвис с саундтреком к фильму «Матрица: Перезагрузка» и Квентин Тарантино в роли бессменного коллекционера могучего саунда к собственным фильмам
Авторам, берущимся за Японию именно как Страну-Неизвестность, должно обладать должной толикой здравого смысла, равно как тонкого чувства равновесия, чтобы не скатиться в кич, не сделать персонажей картонными, а красивые закатные пейзажи — намалёванным на заднике шаржем «хайку-стайл». Так вот, Том Круз и Эдвард Цвик со товарищи справились — фильм вышел идеологически добротным, на уровне лучших представителей жанра, и визуальное решение — тоже не подкачало
Всё, происходящее в фильме — это некое отражение Америки от современности и на несколько поколений в прошлое. Америка, запутавшаяся в политкорректности; Америка, обвиняющая в расизме тех, кто еще вчера был его жертвой; Америка, преследуемая кошмаром воспоминаний о Вьетнаме; Америка, напоминающая себе, что еще совсем недавно некоторые слова имели совсем другое значение. О том, что фильм — не просто человеческая драма, а драма с намеком на эпичность, говорит символичность персонажей, наглядные примеры классических противоречий
Пару слов о премьерах, которые пусть и прошли в тени марширующего по кинотеатрам «Возвращения Короля», но всё-таки достойны упоминания: обзор премьер российского кинопроката, которые нас ждут в феврале
Над героиней висит обвинение в зверском убийстве своего мужа топором, а также разные голоса и призраки. Причем последние обладают неслабой активностью, побивая бывшую докторшу головой о стены и совершая другие противоправные действия. Начинаются подозрения, дружба с бывшей подопечной, разные знаки и попытки их расшифровки, в общем невероятно активные для одиночной палаты следственные действия приводят сначала к побегу из «психушки», а затем и к разъяснению всех «многочисленных человеческих жертв»
Стали известны номинанты на "Оскар". Это произошло в 16:30 мск на пресс-конференции в Американской академии киноискусства, присуждающей знаменитые золотые статуэтки. В этом году президенту академии Фрэнку Пирсону помогала актриса Сигурни Уивер. Пирсон и Уивер огласили имена номинантов в десяти главных категориях, по пять номинантов в каждой категории. Всего таких категорий 24. Имена остальных номинантов были представлены журналистам в письменной форме
