«Небесный капитан и мир будущего» (“Sky Captain and the World of Tomorrow”), 2004
Режиссёр: Керри Коган
Композитор: Эдвард Шеармур
Спецэффекты: Industrial Light & Magic
В ролях: Гвинет Пэлтроу, Джуд Ло, Джованни Рибизи, Бэй Линь, Анжелина Джоли, Лоуренс Оливье
Когда-то фантастика была проста и безыскусна, она искала в мире будущего чудесных машин, феерических изобретений, приключений и современных той фантастике людей в качестве персонажей, пусть попавших в необычную ситуацию, непривычный мир. В подводных лодках будущего должны были ходить всё те же сипаи, в огромных дирижаблях летать всё те же английские денди, а Нью-Йорк в качестве политической и финансовой столицы мира казался не фантастикой — безумным бредом распоясавшегося писаки.
То, что мы теперь называем ретрофантастикой, есть квинтэссенция лёгких страхов посреди безоблачно светлого будущего, отдельных недостатков в виде безумных учёных на фоне учёных вполне себе разумных. Самым большим ужасом было повторение Первой Мировой, а самой значимой целью — полёт на Марс. Слова «постмодернизм» ещё не изобрели, романтическими профессиями стали журналист, лётчик и учёный, а немцы со своим немыслимым педантизмом представлялись нацией подозрительной и непостижимой.
Вся эта стилистически отточенная неполнота мироздания и легла в основу волшебного ретрофантастического кино «Небесный капитан и мир будущего». С удивительной педантичностью новичок цеха режиссёр Керри Коган умудрился воссоздать на экране все эти вековой давности архетипы, монтажные и операторские приёмы самого начала эры цветного кино, и самое главное — он сумел оставить в первозданной простоте и наивности сюжет классического комикса довоенных годов, не знакомого ещё с навсегда преобразившей жанр школой суперменства и супергеройства.
Фантастика тут начинается с самой картинки — с фантастической точностью переданы цвета, выражения лиц, отточенность жестов кинематографа давно ушедшей эпохи. За туманными фигурами, погружёнными в марево падающего с небес неземного снега, словно воссоздано само время, давно ушедшее, но не забытое, пропитавшееся за прошедшие десятилетия терпкостью старого вина и сумраком старой кинохроники, выкристаллизовавшееся в свою идеальную форму, не закостенелую от старости, а живую, дышащую, играющую всеми красками жизни.
Тут покачиваются в воздушных потоках огромные цепеллины, тут висит в воздухе сухая зимняя гроза — нестрашная, только щекочущая опасность. Тут бравые небесные капитаны сражаются с гениями от науки, которые уже научились строить планы уничтожения всего сущего, но ещё не привыкли кривляться маской фантомаса. Тут в ходу волшебные и опасные штуки, рядом с которыми гангстерский томми-ган уже похож на игрушку, а атомная бомба ещё не маячит прямым потомком заигравшейся собственным детством ИТР.
В «Небесном капитане» вполне современные голливудские кинозвёзды выглядят звёздами именно что тридцатых-сороковых, так хорош аутентичный грим, так близка режиссура, монтаж и, собственно, игра персонажей-типажей: бесстрашная журналистка с «лейкой», монструозная «мистическая леди» в чёрном плаще, сам небесный капитан в лётном шлеме, кожухе и лётчицких штанах с карманами, и даже не совсем типическая, но от этого даже более вписывающаяся в общее полотно фигура одноглазой капитанши британских ВВС. И все они играют с тем же естественным, наивным реализмом, который не упрекнёшь по классической схеме «Тургенев против Супермена». Не скажешь — притянуто за уши, не заявишь — Голливуд уже не знает, что бы эдакого навернуть.
В фильме никто не пытается вставать в загадочные позы современности — «так всё и было» или «так всё и будет», а потому комиковатость не кажется придурковатостью, никто не кричит, что так не бывает, шутки остаются милыми, приключения — захватывающими, а всё вместе — сказкой для тех, кто любит старый кинематограф, старую фантастику.
Ведь такому зрителю не придёт в голову возмущаться слишком уж хеппи-эндом, возмутительно оживлённым в виде телевизионного фантома Лоуренсом Оливье, ругаться по всем углам на «спецэффекты ради спецэффектов» или упрекать создателей фильма в недостаточной фантазии, проявленной ими при разработке летающее-ходяче-плавающих железных монстров.
Потому что тогда, в те любимые многими годы марсиане всё ещё шастали по нашей планете на раскачивающихся треножниках, самолёты могли плавать под водой, а человек всё ещё мечтал заставить свои творения летать, как летают птицы — махая крыльями.
Весной этого года общественность обсуждала выход в прокат ещё одного ректро-комикса с живыми актёрами и компьютерной картинкой — фильма Энки Билала «Бессмертные: Война миров», и голоса за и против тогда очень разделились. Слишком топорными вышли компьютерные модели, слишком малоизвестен общий бэкграунд. У ностальгирующего по классике Керри Когана получилось то, что не вышло у постмодерниста Билала. Исчезла натужность, оставив место лёгкости, а мастерство специалистов ILM обогатило фильм блистающей отточенностью кадра.
И пусть в результате фильм не получил признания финансового, хочется сказать его создателям огромное спасибо от имени всего кинематографического цеха — ожила целая эра кино, которую уже считали навсегда утерянной. Любите кино.
Ричард Б. Риддик, эсквайр, просился на просторы вселенной имени себя. Зритель должен был узнать, отчего его ищут все охотники за головами в галактике, откуда он такой, почему он такой, что случилось дальше с лысой девушкой по имени Джек, с Имамом и самим Риддиком. В этой вселенной должны были пылать планеты, летать космические армады и твориться поистине ужасное зло. Масштабы личности самого маньяка требовали жанра космической оперы. И они его получили
Редкая нынче неюмористичность фантастики и даже в некотором смысле установка на то, что «всё так и будет», в точности соответствующая Азимову, не мешает авторам фильма устраивать положенные для огромных бюджетов полевые аттракционы в стиле — что, все — на меня?! Роботы выскакивают из своих передвижных хранилищ как черти из табакерки, косят красным глазом, норовят оттяпать лишнюю конечность и вообще совершить какой-нибудь акт геноцида. В чём, в конечном счёте, и преуспевают
Картина вышла бодрой, энергичной, настоящим фантастическим боевиком, почти не несущим на себе следа малобюджетности. Актёры стараются, даже Меньшов уже не так раздражает честную публику. А как хороши персонажи второго ряда. Спецэффекты тоже смотрятся вполне современно, стилистика картинки выверена до мелочей, действие динамичное, захватывающее. А что до вольностей с сюжетом и слабых мест, ну, что ж, лиха беда начало
Герой Тома Хэнкса потерянно бродит и целенаправленно мчится, не знает, что делать, и достигает своего. Он умильно мычит, широко улыбается, плачет, ломано говорит, любит и не очень. Виктор Наворский проделывает перед нами пируэты на мокром полу, сооружает бахчисарайские фонтаны и рассказывает, что «жерэбэц, это как лошадь». У него даже есть, как у того инопланетянина, свой маленький огонёк — железная банка со старыми карточками, в которых — джаз
Зрители не увидят ни вторых «Челюстей», ни альтернативной Догмы, ни репортажного ужастика в стиле «Ведьмы из Блэр». На вас будут смотреть два персонажа, смотреть распахнутыми полными ужасами глазами, пугающе в упор, без зазора. Но увы, остаётся впечатление даже не зарисовки телефизионного канала «Дискавери» о морских хищницах, а именно что хоум-видео под аккомпонимент акульих плавников, любительщина, неважно с каким бюджетом. Потому что кроме финала в фильме нет ничего.
Сезон в разгаре, припозднившиеся отпускники уже вернулись с югов, но осенние школьные каникулы ещё далеко, а декабрьское кинонашествие ещё дальше, так что октябрь привычно остаётся месяцем, не слишком богатым на громкие премьеры, но прокат не может стоять на месте, и его отлаженная машина продолжает радовать любителя всеми и всяческими жанрами: тут вам и фантастика всех мастей, и комедии, и мелодрамы с мультфильмами для детей и не очень.
Рената Литвинова работает с видеорядом неожиданно смело для собственной, хоть и слегка сумасшедшей, но всё же действительно неизменно гламурной репутации. И все эти обшарпанные помещения, образы потустороннего мира, снулая рыба на каменном подоконнике, чучело полуразложившейся сбитой машиной болонки в стенном шкафу, торчащий из груди нож, бьющееся в ладони живое сердце — всё это явный декаданс, очень стильный, переходящий где-то в откровенный трэш
Ищешь в картинке психологизм? Но его там нет. Драму? Не у Шьямалана. Вот, вот сейчас начнётся экшн! Но колючая тварюшка с красным покрывалом снова и снова пробегает мимо слепой беспомощной девушки, заблудившейся в пустом мокром пространстве. Крики из леса тут ненастоящие, тварюшка тут ненастоящая, страх ненастоящий, лес ненастоящий, даже пафос про убитых при разных отвратительных обстоятельствах родственников — ненастоящий. Как те речи, что читает по бумажке перед старейшинами главный герой
Зрелище под названием «Фаренгейт 9/11» далеко от определения журналистского расследования. Оно очень эмоционально, пронизано тонким юмором, острой сатирой, полно иронии, в нужных местах почти театрально, а уж исконный драматизм дыхания реальной, не придуманной жизни, взятый на вооружение Муром-документалистом, идёт в дело по полной программе. В начале фильма, в момент падениея башен-близнецов только звуков метронома не хватает, чтобы зритель начал в ужасе хвататься за подлокотники кресла
Эми Адамс сыграет главную роль в экранизации романа 2010 года «Объект красоты» , принадлежащего перу известного голливудского актёра-комика Стива Мартина. Героиня романа...
