Режиссёр: Джозеф Канн
Операторы: Крис Хэйес, Питер Леви
Координатор трюков: Лэнс Гильберт
В ролях: Мартин Хендерсон, Айс Кьюб, Монет Мазур, Адам Скотт
Забавный это жанр, экшн-боевик, с тех пор как он воцарился на экранах, потеснив остальных своих высокобюджетных собратьев, каких только его представителей мы не встречали в обзорах кинопремьер. С элементами мистики и фантастики, с морем спецэффектов и почти без них, с головокружительными трюками, воздушной акробатикой, чуть ли не балетными па и обязательно с боевыми искусствами унутре. Разве что в шахматы герои этого прелестного жанра не играют — сложно сопрячь специфическую работу камеры с мыслительным процессом. Раз и навсегда обучившись делать картинку красивой, энергичной, превращать её в протяжённое во времени и пространстве, расцвеченное всеми цветами радуги движение, мастера этого царства звука и мельтешащего образа окончательно ушли в полёт вместе со своим детищем.
Экшн-боевики как были напрочь лишёнными и тени мысли на лице сценариста, так и до сих пор лишь время от времени принимают напряжённые позы и изрекают перед зрителем некое подобие хода мысли. Что главное в таких фильмах? Ведь не натужные рассуждения персонажей о судьбах человечества, не напряжённое измышление очередного плана побега-ограбления-погони-далее везде. Главное в них — могучий полёт камеры, глянец картинки, незамутнённая серьёзность персонажа и машины, скутеры, вертолёты, всё что может красиво двигаться на экране.
Должен быть рёв моторов, лязг рычагов, свист поршней и вой лопаток реактивного двигателя.
Бывают боевики про автомобили (тогда они должны быть мощные, очень мощные, и дорогие, очень дорогие), бывают боевики про преступников и полицейских (тогда полицейские должны быть тупые, очень тупые, кроме, может быть, одного, тот должен быть ещё и очень злобным), бывают — про суперполицейских и преступников (тогда преступники должны быть великолепно вышколены и оснащены, а Главный Полицейский должен взять их хитростью и невероятным героизмом в сопряжении с акробатикой и боевыми искусствами).
Могут быть варианты, комбинации сюжетов. Но основная канва требует строгой выдержки и минимума отсебятины. Герой без страха и упрёка, хотя и законченный панк в душе, его девушка (можно бывшая, тогда он её снова завоюет, предварительно разнеся полгорода), и скорость, скорость, скорость!
«Крутящий момент» в данном случае — идеальное воплощение жанра. В качестве базового плацдарма берётся мир байкеров (мотоцикл круче машины в сто мильёнов раз!), показываем кукиш всем этим новомодным «Форсажам» (сами и снимали, ну и что?), расставляем героев (крутых, очень крутых, офигенно крутых, включая двоих негодяев, но не включая одного неудачника, который должен погибнуть). Пусть они будут ездить на офигенно крутых байках, сделанных на заказ, а зарабатывать на жизнь, ремонтируя друг другу эти же самые байки и питаясь подножным кормом. Пусть самый главный (и самый крутой) герой по фамилии Форд вернётся в родное Эль Пасо из-за моря, из-за гор, где он прятался от злых негодяев в лице Федерала и Наркоторговца. А вернётся он, потому что настала пора надрать тут всем чёрные (ну, не только чёрные, разные) задницы, а также снова полюбить любимую некогда девушку, которую он так долго вспоминал в своём Макао (или Гонконге, хрен их разберёт).
И всё заверте. В смысле, настал тот крутящий (он же вращающий) момент, когда шины супер-байков задымились о покрытие шоссе, замелькал вокруг спецэффект, всё смешалось, кони, люди. Нет, коней там нет, а есть только лошадиные силы. И людей нет, а есть байкеры.
Одни из них — правильные пацаны, уважают копов, никого не мочат без повода, наркотой не торгуют, а возят с собой Большой Чёрный Джып. Для форсу, потому что в нём вся фишка. Другие же байкеры — пацаны неправильные, делают всем нехорошие подставы, предъявляют честным пацанам предъявы и внатуре за ними косяк. Правильные байкеры сплошь негры (исключая главных героев, эти тоже правильные, но не негры, и вообще они тут проездом в Мексику, вот только всех замочат и поедут дальше), умеют сказать «аминь» и носят кресты как у реальных братков. Неправильные байкеры все в морально устаревшей коже и пирсинге, гоняют лучше правильных, но они всё равно неправильные, потому что у них главный герой упёр Ведро Героина и ему западло им его вернуть, потому что он за трезвую байкерскую жизнь без легалайза и марафета.
И вот всё это ужасное нагромождение всего-всего, призванное изобразить на экране Сужет, приходит в движение и под яростный рёв форсированных двигателей от вертолёта, кроша всех и вся на своём пути, преодолевая немыслимые препятствия в виде Копов, Поездов и Законов Физики, а также друг дружки, несётся на тебя. И только тогда становится ясно, зачем мы тут, собственно, собрались. Зрителю предъявляют то самое каскадёрско-спецэффектное зрелище, ради которого был весь сыр-бор. О, это они уже умеют, и с каждым годом умеют со всё возрастающей силой. Все эти столкновения, подъём-перевороты, рулёжка по встречной, мордобитие на несущихся параллельными курсами байках — вот цель и средство, нечего придираться ко всяким мелочам типа здравого смысла. Его здесь и быть не должно.
Когда всё на экране закончится, а физиономия Форда окажется под колесом детского автобуса — тогда мы все выдохнем и начнём трындеть. Ну что такое, ну блин жеж горелый, как намастрячились нынче господа ваять столь красивое и столь одновременно тупое зрелище. И будем неправы, потому что экшн-боевик как всякий жанр, имеет свои законы. И ожидать от героев владения санскритом не только неверно, но и бесполезно. Ожидать надо красивой, глянцевой мощи, рвущейся (простите, простите!) у героя между ног, романтической концовки и полного отрыва башки в процессе просмотра. Чего мы на «Крутящем моменте» и имеем в преизрядных количествах. А это, знаете ли, самое главное.
От себя лишь позволю немного побрюзжать, что плёнку видовых съёмок в пустыне можно было и почистить, мешает вкушению прекрасного, так заметно «зерно», да и с «правильными неграми» тоже можно было не перебарщивать. Да и подучить тривиальные законы механики постановщикам визуальных эффектов тоже бы стоило — всё-таки наукообразное название обязывает. Впрочем, и без меня разберутся. От винта! До новых встреч! Ту би континуед!
При просмотре "Убить Билла" нам не помешают убицы, наёмники, карманные якудзы, а также санитары, мотоциклисты, школьницы и певички. Хотя, что может помешать степенному разговору? У Тарантино можно всё, вы же помните, сейчас две фурии рвут друг друга (эдак с подскоком, чуть не вляпавшись в брошенную прямо на пол кинокамеру) на куски, а уже через кадр будут разговаривать себе на кухне за чашкой чая
Шонн Пенн, Бенисио Дель Торро и Наоми Уоттс сплели воедино большую часть бед современности, без громких слов, без пафоса, без шуток-прибауток, одними своими отрешёнными лицами, потерянными взглядами. Как это удалось режиссёру, не понять, не повторить — финальный катарсис, давно уже расшифрованный и предсказанный мешаниной перепутанных сцен, он настигает даже матёрого скептика и циника, он потрясает оглушительной тишиной, что остаётся в мыслях после завершения экранного действа
Называть фильм «Мечтатели» провокационным стало таким же общим местом, как называть его автора — живым классиком. Так и тянет порассуждать о сексуальной подоплёке, о дедушке Фрейде, о революции в умах и брожении в них же. Хочется вволю повосторгаться животворным ветром французских шестидесятых и американских тридцатых. Заедает ностальгия о старом кино, которое важно было смотреть на первом ряду, а не на последнем. Словно это не один фильм, а эдак с десяток: коротких зарисовок в одних и тех же декорациях…
Режиссёру удалось воспроизвести неуловимую атмосферу детства по версии Питера Пэна, не соскользнуть с тонкой грани, где начинается назидательность и дидактичность, где жёсткими рёбрами глупости и пафоса глумятся упрощённость и надуманность. Ведь многие деятели до сих пор думают, что детям надо попроще, чтобы персонажи выходили глупыми и бесполыми. Режиссёр «Питера Пэна» не пошёл по этой простой дорожке. Светлые и радостные улыбки, правдивые эмоции и вовсе недетские настроения
Закончилась первая неделя кинофестиваля «Лики любви 2004». На этой неделе конкурсная программа проходила под флагами двух стран, предложивших на конкурс фильмы, уже успевшие приобрести мировую известность. Датскую фонтриеровскую школу представлял Кристофер Боэ с фильмом «Реконструкция», а французскую школу застенчивой порнографии — Катрин Брейя с фильмом «Анатомия ада» известном нам под названием «Порнократия»
Состоявшаяся на днях премьера «Идальго» по всем статьям выходит интересной публике: отличный актёрский состав, просторы, погони, этнические пейзажи, да и лично Вигго Мортенсен после триумфа «Властелина» — ожидаемый гость в любом кинозале. Ну, и лошади, лошади, лошади: арабские скакуны и дикие мустанги, мы уж позабыли, когда в последний раз могли лицезреть весь этот классический антураж. Особенно после шикарной постановки темы в картине «Фаворит», появились все предпосылки для хорошего развития темы
Дополнительный приток посетителей обеспечили фестивалю спецпоказы, в рамках которых устроители всегда давали зрителю многообещающий эксклюзив. В этом году таким подарком публике стали «Мечтатели» Бернардо Бертолуччи, вышедшие в прокат как раз по окончании фестиваля, а в качестве фильма-сюрприза, не объявленного заранее в программе, был показан давно уже гремящий в прессе фильм Мела Гибсона «Страсти Христовы», только планирующий выйти на российские экраны в широкий прокат в апреле
